Когда речь заходит о кинодивах Третьего Рейха, многие из нас тут же становятся безапелляционно-непреклонными: «Они служили самому бесчеловечному режиму в истории человечества, поэтому являются его соучастницами!»
 
Но так ли это? Кто-нибудь может вспомнить хотя бы одну актрису, осуждённую Нюрнбергским Трибуналом? Тогда о каком соучастии может идти речь? К тому же обвинять далёких от политики женщин в том, что они оказались не слишком дальновидны и не сумели «раскусить» Гитлера, по меньшей мере, странно - до 1939 года многие, весьма искушённые политики Европы, буквально рукоплескали Гитлеру. Мол, вывел страну из кризиса! К тому же, большинство актрис UFA так и не почтили NSDAP своим почётным членством.
Согласно другому, не менее стойкому мифу, все более-менее значимые актрисы Третьего Рейха прошли через постель Гитлера и его высокопоставленных соратников (впрочем, в западной «жёлтой» прессе постоянно муссируется вопрос: а чьей же любовницей была Любовь Орлова - Сталина или Берии?) На деле единственным любителем юных кинокрасавиц был Йозеф Геббельс, прославившийся своими похождениями. Подружкой Мартина Бормана долгое время была актриса Манья Беренс, которая, впрочем, не сделала никакой особо значимой карьеры в кино. Ни Марика Рёкк, ни Цара Леандер, ни Лил Даговер, ни Кристина Зёдербаум не были замечены в особых «приятельских» отношениях с главарями Рейха.
Единственное, что не подлежит сомнению - немецкое кино времён Гитлера не породило ни одного шедевра, за исключением документальных лент Лени Рифеншталь и батально-костюмной эпопеи «Великий король» о Фридрихе Великом. Геббельс хотел, чтобы продукция студии UFA соперничала своим размахом с голливудскими образцами и при этом обладала силой и мощью советского агитпропа (министр пропаганды был без ума от Эйзенштейна и считал его фильм «Броненосец «Потёмкин» вершиной киноискусства).
Но время шло, а о Царе Леандер всё равно говорили, что она «играет почти, как Грета Гарбо, а поёт почти как Марлен Дитрих». Это постоянное «почти как» и было главной печалью кинодеятелей студии UFA. Вечно вторые. Так, Марику Рёкк тоже называли «немецкая Элинор Пауэлл».
И только Ольга Чехова не была похожа на однообразно-хорошеньких актрис гитлеровского кинематографа. Она гордо носила звучную, известную во всём мире фамилию, отличалась прекрасным знанием системы Станиславского и даже (как полагают многие) была советской разведчицей.
Ольга Чехова родилась в 1897 году семье инженера Константина Книппера. «Он строит туннели и виадуки, что в России на рубеже веков всё ещё выглядит чем-то необычным», - впоследствии напишет Ольга. Дети семейства Книппер росли в атмосфере всеобщего обожания: самым большим наказанием считалось лишение десерта. Типичное детство дореволюционной Belle Ėpoque - музицирование, игры, книги...
Когда Ольге исполнилось всего шестнадцать лет, её пригласила к себе в Москву родная сестра отца - Ольга Леонардовна Книппер -Чехова. Учёба в студии при Художественном театре завершилась...замужеством. Девушка влюбилась в своего кузена - восходящую «звезду» МХАТа Михаила Чехова. В своих мемуарах Ольга скажет: «Михаил Чехов для меня красивее и пленительнее всех актёров и даже всех мужчин. Я схожу по нему с ума и рисую себе в своих ежедневных и еженощных грёзах, какое это счастье - всегда-всегда быть вместе с ним».
В1916 году у молодых супругов родилась дочь Ада, а ещё через год они развелись... Талантливый актёр, Михаил Чехов, оказался не слишком хорошим супругом: «Дома он капризный сынок с барственными замашками, которые распространяются и на меня... Брак с Мишей оказался фарсом. Как и до женитьбы, после спектаклей он снова приводит домой поклонниц из театра».
Представляете себе? Молоденькая женщина, которой едва исполнилось восемнадцать лет остаётся одна с ребёнком на руках. Что её спасло от разочарования, краха надежд и, прямо скажем, от нищеты? Разумеется, искусство: Ольга продолжает свою учёбу у Станиславского.
Можно только гадать, как сложилась бы карьера Чеховой, если бы не революционные события 1917 года. Родители Ольги, забрав с собой внучку Адочку, бежали из Петрограда в Сибирь, под защиту адмирала Колчака. Ольга же с трудом зарабатывала на кусок хлеба игрой на подмостках разъездного театра со смешным названием «Сороконожка». Ольга вспоминала: «Разумеется, мы чаще всего голодны; но мы не так страдаем от этого, как большинство людей. Наши идеалы помогают нам преодолевать многое».
После разгрома Колчака родители вернулись вместе с Адочкой в Москву, причём Константин Книппер, как специалист по строительству мостов и виадуков сразу же получил одобрение со стороны большевиков. Кроме того, семья Чеховых оказывается в фаворе у Луначарского - меценатствующий нарком выдаёт Ольге разрешение на полуторамесячную поездку в Германию.
Возвращаться на Родину молодая Чехова и не думала. Хотя Берлин времён Веймарской Республики и нельзя было назвать уютным, сытным местечком, всё же ленинская «совдепия» была менее всего похожа на ту Россию, которую любила Ольга.
Берлин «золотых двадцатых» - это нищета вперемешку с роскошью, свобода - с беззаконием, а искромётные танцы - с голодными обмороками. По площадям и улицам маршировали «коричневые» колонны штурмовиков; путь им преграждали угрюмые «красные» колонны. Поистине, город контрастов.
Первое время актриса перебивалась случайными заработками. Но однажды в её жизни произошло событие, круто изменившее всю последующую жизнь и карьеру. «Однажды подруга берёт меня в гости к знакомым. Они в свою очередь приглашают меня на маленькую вечеринку, на которой должны присутствовать кинематографисты. О кинематографистах я не имею представления; в России я играла лишь в театре... Я встречаюсь с людьми из мира кино, в том числе с Эрихом Поммером, выдающимся кинопродюсером Германии».
Итак, Судьба дала Ольге шанс - почему бы нет? Дебют Ольги оказался удачным: за последующие десять лет она снялась в более чем сорока лентах, став к началу 1930-х годов общепризнанной кинозвездой. Так, был невероятно популярен её фильм «Любовь на ринге», где Чехова сыграла роль коварной соблазнительницы. В роли её «жертвы» снялся молодой чемпион по боксу Макс Шмелинг...
Кстати, по иронии судьбы Михаил Чехов также оказался в Берлине. Мало того, Ольга оказала ему поддержку - она познакомила своего бывшего супруга с кино-деятелями студии UFA.
К моменту прихода национал-социалистов к власти Ольга Чехова была уже одной из самых востребованных актрис Германии. В своих воспоминаниях она даже не упоминает момент воцарения Гитлера - до этого ли ей? У Чеховой - свои заботы: дочь Ада решила выйти замуж за оператора Франца Ваймара: «Аде шестнадцать с половиной. Мне тогда, в России, тоже было шестнадцать. Я пытаюсь остаться невозмутимой».
Да. Красивая, избалованная актриса далека от политики, но ей льстит быть в центре внимания новой элиты. Считается, что Гитлера пленил образ графини Марианны, созданный Ольгой в фильме «Лейтенский хорал» о Фридрихе Великом, главном кумире нацистов. Так, фрау Чехова стала завсегдатаем едва ли не всех правительственных приемов и неофициальных мероприятий, типа мистерий в духе Галантного Века, которые так любили устраивать в Третьем Рейхе. Вот описание одного из таких мероприятий: «Прием в Шарлоттенбургском дворце был дан Герингом... В прусском старинном дворце комнаты были освещены свечами в старых люстрах, все присутствующие были в костюмах времен Фридриха Великого. После ужина я сидела с королевской парой в саду - говорили о моих фильмах, гастролях и о Московском Художественном театре...»
Ольга Чехова с удивительным изяществом носит исторический костюм - воспитанная на классике, она умеет перевоплощаться в светских красавиц ушедших времён. Так, интересна её работа в фильме «Фаворит императрицы». Ольга сыграла в нём русскую владычицу Елизавету Петровну - своенравную, любвеобильную и кокетливую. Кстати, в этой картине была занята и её дочь Адочка, к тому времени - фрау Ваймар. (Кинокарьера Ады Чеховой не сложилась - она сыграла всего несколько «проходных» ролей в костюмных лентах, типа «Помпадур» или «Кларисса»).
В 1936 году Ольге Чеховой присвоили звание - Государственная актриса. Это был почётный титул, возвышавший питомицу Станиславского над всеми остальными «комедиантками» Рейха.
В том же 1936 году Ольга Чехова решила выйти замуж за бельгийского миллионера Марселя Робинса. Поначалу всё было чудесно - щедрые подарки, светские рауты, обожание и поклонение. Но потом выяснилось, что Робинс, как и Михаил Чехов в своё время, вовсе не намерен хранить верность своей супруге.
Меж тем, если проанализировать фильмографию госпожи Чеховой, то можно убедиться - никакие личные драмы не мешали ей активно сниматься в кино.
С началом войны фильмов становится меньше, но это не означает, что кинозвезда перестаёт быть востребованной. Впоследствии она напишет: «Ситуация просто непостижимая: в то время как первые убитые чествуются как герои и человеческие страдания по обе стороны заглушаются победными фанфарами «блицкрига против Польши», я играю единственную оставшуюся в живых «шестую» в искрометной комедии «Шестая жена» с Виллом Домом в роли Генриха VIII».
Во время войны Чехова заводит роман с лётчиком-истребителем Йепом, однако, и эта любовь не приносит ей счастья: Йеп погибает в бою.
Существует устойчивая легенда, согласно которой Ольга Чехова все эти годы была сотрудницей НКВД. Так ли это? Сказать сложно. Во всяком случае, после войны актриса была всё так же задействована в театре, снималась в кино.
В шестидесятилетнем возрасте фрау Чехова начинает новую жизнь - она открывает косметический салон и становится главой фирмы «Olga Tschechowa Kosmetik Gesellschaft». Пожилая, но всё ещё бодрая и подтянутая актриса была уверена: «Юность нельзя вернуть ни операцией, ни тем более купить. Сохранить молодость в первую очередь можно, борясь против внутреннего и внешнего изнашивания организма. Леность, медлительность - враг молодости, как внешней, так и внутренней».
Она умерла в возрасте 83 лет. В её жизни было всё - слава, богатство, поклонение толпы, обожание вождей. Но было ли в её жизни простое женское счастье? О, вряд ли... Знаете, какой фразой закончила свои мемуары эта неординарная дама? «Дом затихает. День подходит к концу. Еще один день из череды многих...»

Почти все авторы, пишущие о галантном восемнадцатом столетии, с прискорбием сообщают, что король Франции Людовик XV был непроходимо глуп и глубоко несчастен. Но, скажите, может ли быть счастлив человек, с пятилетнего возраста отягощённый короной?

Монаршее детство, как положено, выдалось тревожным и безрадостным. Регент Филипп Орлеанский, правивший от имени малолетнего короля, оказался человеком весёлым, но склонным к разного рода экономическим реформам - одна только система Лоу чего стóит! Реформы, как водится, не были поняты народом, а постоянные слухи, что регент хочет отравить маленького монарха, также не способствовали политической стабильности.
К счастью, Людовик XV дожил до совершеннолетия и, приняв разорённую социальными экспериментами страну, понял, что...управлять Францией-то ему как раз и не хочется! Короля одолевала неизбывная скука и это несмотря на то, что он был повелителем первого двора Европы.

Половая распущенность Людовика, о которой с таким удовольствием всегда писали романисты, не была его «природной» особенностью. Иначе говоря, альковные приключения являлись только доступным средством от невыразимой тоски, которая с юных лет угнетала короля Франции.

Собственно говоря, поначалу он вовсе и не был распутником! Женившись на Марии Лещинской, принцессе из братской Польши, Людовик поначалу был верен своей дражайшей супруге. Однако белокурая пани принимала бурные ласки Людовика довольно холодно. Родив наследника-дофина, королева стала манкировать супружескими обязанностями и всё чаще запирала дверь своей спальни.
Холодность жены, собственно, и толкнула Людовика в объятия первой попавшейся распутницы - Луизы де Мальи, урождённой де Нейль. Де Мальи не была хороша собой, а ум имела самый скромный, однако, она умела устраивать для короля весёлые ужины, обычно заканчивавшиеся постелью...

Эта идиллия продолжалась ровно до тех пор, пока из монастырского пансиона не вернулась родная сестрица Луизы - Полина де Нейль. Полина была ещё менее красива, чем сестра, однако, честолюбию монастырской скромницы мог бы позавидовать сам Юлий

Цезарь! В считанные недели сестрёнка окрутила незадачливого монарха и, став его новой наложницей, решила попробовать свои силы в управлении государством. Она быстренько поссорилась с всесильным кардиналом Флёри и уже возмечтала о своей абсолютной гегемонии, но случилось чудо - Полина забеременела. Фаворитку тут же выдали замуж за некоего де Вентимиля, который за определённую мзду согласился терпеть подле себя королевскую метрессу. Вся эта love story закончилась довольно грустно - Полина умерла от родильной горячки, оставив после себя прелестного сынишку, как две капли воды похожего на Людовика. Король убивался что-то около недели, после чего обратил свои взоры на третью из сестёр де Нейль - Диану де Лорагэ, однако, она слишком быстро приелась монарху, чтобы оставить какой бы то ни было след в истории.
Вы будете смеяться, но после де Лорагэ король решил попытать счастья с четвёртой по счёту сестрой из рода Нейль - с мадам де Флавакур. Но Флавакур как-то странно посмотрела на Людовика и заявила что-то, вроде: «А как я после всего этого буду смотреть в глаза людям?»
Король был в полной растерянности. Что делать? Расстроиться или разгневаться? Но тут перед ним предстала восхитительная полнотелая красавица - маркиза де ля Турнель. Надо ли говорить о том, что и эта прелестница оказалась из семейки де Нейль?!
Сия воплощённая богиня любви имела вполне земные цели - бесповоротно загнать коронованного распутника под свой точёный каблучок. Это ей вполне удалось - министры и начальники затрепетали, а их красивые жёны оставили сладкую мысль о королевской спальне.
Спустя два года эта некоронованная королева получила титул герцогини де Шатору, под которым и вошла в историю Франции. Большинство западных историков признают, что Шатору была умна, политически грамотна и довольно умело руководила безвольным королём.
Сложно сказать, по какому пути пошла бы Франция, проживи Шатору чуть подольше, но красавица-фаворитка умерла от
перитонита. При дворе, правда, ходили слухи, что дело не обошлось без ядов...

...Исчерпав все ресурсы семейства де Нейль, Людовик окончательно загрустил, и даже чуть было не вернулся к своей первой фаворитке - де Мальи, но разве в прекрасном Версале когда-нибудь ощущался недостаток в шикарных женщинах? В те дни королевский двор был похож на растревоженный улей. Обсуждался один-единственный вопрос: «На кого же падёт выбор его величества?!»
И только одна женщина знала точно, на кого. Звали её Жанна - Антуанетта д`Этиоль (урождённая - Пуассон). Прелестная Жанна с детства знала, что её полюбит не кто - нибудь, а король Франции. Подобная наивность подкреплялась ещё и предсказанием гадалки. «А вы, Жанна Пуассон, будете любимы самим королём!» - эти пророческие слова настолько запрограммировали всю последующую жизнь девушки, что она и слышать-то ни чём больше не хотела!
Родственники постарались, чтобы Жанна получила хорошее образование. Философия, музыка, поэзия - всё было по плечу хорошенькой парижанке.
И вот наконец, в её сетях забарахтался юный дворянчик из семейства д`Этиоль. Жанетта, разумеется, ответила снисходительным согласием. Свадьба девицы Пуассон была настолько пышной, что едва не затмила своей роскошью бракосочетание герцогини Пантьеврской, праздновавшейся в те же дни! Новоиспечённую мадам д`Этиоль светские дамы презирали за безродность, но принимать в своих салонах не отказывались: она была слишком прелестна и умна, чтобы прозябать в безвестности, да и похвалы Вольтера, запросто приходившего в дом Жанны, были лучшей рекламой для молодой красавицы.
Госпожа д`Этиоль была искренне благодарна своему простоватому супругу за то, что он поспособствовал её карьере, но не более того: тихое семейное счастье никогда не прельщало эту целеустремлённую дамочку. Постепенно гостеприимный дом д`Этиолей превратился в модный столичный салон, а сама хозяйка была признана самой блистательной женщиной Парижа. Парижа. Но не Версаля!

Попасть в Версаль для госпожи д` Этиоль было так же сложно, как на Марс или, скажем, в другое измерение. Жанну по-прежнему считали parvenu, то есть вообразившей невесть что, нахальной выскочкой. Но вот, во время пышного маскарада по случаю свадьбы дофина король устремился в погоню за тонкой, изысканной красавицей... Разумеется, под маской скрывалась восхитительная д`Этиоль, чья судьба отныне была неразрывно связано с судьбой Людовика.
Сделав красавицу Жанну своей фавориткой, король даровал ей титул маркизы де Помпадур. Она сделала много для Франции - покровительствовала Вольтеру, Кребийону - старшему, Буше, Латуру и Мармонтелю, строила чудесные дворцы и была «матерью» сервского фарфора, но при этом расходы на содержание фаворитки росли год от года. Помпадур стоила Франции гораздо больше, чем содержание армии...
Маркиза твёрдо знала: главное - это не одержать победу, но воспользоваться её плодами. Для этого Помпадур выработала для себя целую стратегию по удержанию власти над Людовиком. Хорошо зная мужскую психологию, Жанна понимала, что сексуальные удовольствия приедаются и только сильная духовная связь может стать залогом её вечного фавора. Тогда Помпадур сделалась для короля подругой, советчицей, министром, личным секретарём, певицей, чтицей и, чего уж там мелочиться, родной мамочкой (Людовик осиротел ещё в младенчестве, поэтому подсознательно стремился под «крылышко» к сильной волевой женщине).
Говорить о том, что жизнь королевской фаворитки была лёгкой и безоблачной, не приходится. Во-первых, Жанне постоянно досаждали соперницы. Красивые, распутные и готовые на всё, ради королевских подачек, зрелые матроны и совсем юные девочки утраивали на короля настоящую охоту. Ещё приходилось воевать с министрами и прочими сановниками короля, ненавидевшими маркизу. Хорошо, что Судьба подарила Жанне встречу с Шуазелем, ставшим настоящим другом и соратником фаворитки.
А как её обижали эпиграммы Фридриха Прусского! Презиравший всех «подстилок», этот воинственный тевтонец был ещё и знаменитым похабником: его сатирические стишки о маркизе могли бы сделать честь даже господину Баркову...
Слабое здоровье и холодный темперамент также приносили фаворитке много расстройств, а ведь ей надо было постоянно улыбаться и придумывать для скучающего короля очередное развлечение. Короче, жизнь Помпадур можно описать одной строкой из советской песни: «И вся-то наша жизнь и есть борьба!»

В конце концов, маркиза стала сама подбирать девочек для Людовика - очень красивых, невыносимо глупых и до смешного наивных. В своём стремлении удержать власть, Помпадур стала сводницей - встречи короля с девицами происходили в особнячке под названием Олений Парк. Сколько девушек прошло через это «заведение», никто пока ещё не сосчитал, однако, одно имя назвать необходимо - Луиза Ля Морфиль. Её очень любил рисовать Франсуа Буше, поэтому сию нимфу многие из нас хорошо знают в лицо. Жизнь прелестной Ля Морфиль и после Оленьего Парка была полна курьёзов. Она трижды выходила замуж, причём последний муж был младше её на тридцать лет, сидела в тюрьме во время якобинского террора, встретила восшествие Наполеона и умерла в 1814 году, будучи глубокой старухой.
...После смерти маркизы де Помпадур Людовик сделался ещё меланхоличнее, чем раньше - разврат приелся, а боевая подруга, на которую можно было бы свалить все заботы, увы, покоилась в усыпальнице монастыря

капуцинов. Последней старческой любовью короля стала развратная, грубая, но при этом беззлобная и весёлая Жанна Дюбарри. Женщина из самых низов общества, она в короткое время обаяла пожилого монарха. Говорят, после ночи любви с этой гризеткой, Людовик признался своему другу - маршалу де Ришелье: «Это единственная женщина во Франции, которой удалось заставить меня забыть свой возраст и свои несчастья. Она научила меня таким вещам, о которых я и не подозревал».
Дюбарри мало вмешивалась в государственные дела, предпочитая танцы, игры и примерку новых нарядов. Впрочем, ленивая фаворитка не слишком любила одеваться в громоздкие платья с широкими фижмами, лентами, искусственными цветами и бантами - она частенько принимала гостей в неглиже. Её нарочитая неопрятность смущала весь двор, однако, на короткое время этот «небрежный стиль» вошёл в большую моду.
Возвышению Дюбарри противились дочки Людовика XV и юная дофина - Мария-Антуанетта. Юную австриячку смущал даже не сам факт появления бывшей модистки в Версале, а то, что «этой выскочке» оказываются почести наравне с членами королевского дома.
После смерти короля Дюбарри неплохо устроилась в подаренном ей дворце Лувесьен... Что ещё нужно для счастья? Но во время революции бывшая королевская куртизанка была предана суду и гильотинирована. Так печально закончилась жизнь последней любовницы самого безнравственно короля Франции.
Увы, Людовик XV не сумел прославиться ничем - ни воинской доблестью, ни мудрым правлением, ни даже своими личными качествами. Он вошёл в историю, как король-распутник.
Кстати, хотите знать, что Людовик XV умел делать на "пять с плюсом"? Ни за что не угадаете! Обивать мебель и выращивать овощи в своём личном огородике. Нам бы такого мужика на дачу!

«Дорогая, отдавая должное вашему природному уму и потому не пытаясь предварительно соблазнить вас, я предлагаю вам стать моей любовницей», - даже эта циничная фраза из уст его героя звучала обворожительно. Воплотить настоящего мужчину, пусть всего лишь на книжных страницах, удалось только Ретту Батлеру. А на экране Ретта Батлера воплотил Кларк Гейбл.

Наш пострел везде поспел

...Что за дыра этот штат Огайо! Приличных денег здесь вовек не заработать. Пятнадцатилетний Уильям Кларк Гейбл перебивался с одной малооплачиваемой работы на другую. Юность проходила на лесопилке, чулочной фабрике и оливковых плантациях. Папашу никоим образом не заботила судьба сына, матушка, наверное, и проявила бы участие в делах отпрыска, да только отправилась к праотцам, когда Кларку было всего семь месяцев. Воспитание мальчишки целиком лежало на плечах мачехи, а с ней не забалуешь - только и знает, что читать наставления: «Уйми гордыню, будь добрым христианином». Ну уж дудки, приберегите религиозный пыл для кого-нибудь другого... 

В 16 лет парнишка сбежал из дома и осел в Орегоне - подсобным рабочим в небольшом театре. Время от времени Кларку перепадали небольшие роли, не Бог весть что, но, как известно, «на безрыбье и рак - рыба». А вскоре госпожа Фортуна преподнесла щедрый дар: Кларк повел к алтарю Джозефину Диллон, «по случайному совпадению» руководившую тем самым театром. Подумаешь, что Джози старше новоявленного мужа на полтора десятилетия! Зато она известная актриса, влиятельная аристократка и без ума от Кларка. Связи Джозефины в театральном мире принесли свои плоды: она выбила для мужа главную роль в новой постановке, а «неблагодарный мальчишка» сбежал на следующий день после премьеры. О какой Джози может идти речь, если впереди его ждали Голливуд и любовь миллионов девушек?!

О пользе браков по расчету
Однако «фабрика грез» не спешила принимать «чужака» с распростертыми объятиями: роли случались, но до вожделенного триумфа было далеко. Продюсеры отзывались о молодом актере презрительно: «У него слишком большие уши, и вообще он похож на обезьяну». Так и кочевал Кларк из одного рядового вестерна в другой, воплощая на экране гангстеров и злодеев. Совсем по-иному руководство «MGM» запело, когда им до зарезу потребовался новый романтический герой. Кинобоссы вдруг обнаружили, что Кларк обладает поистине магнетической сексуальностью. Так в послужном списке Гейбла появилось новое амплуа - обольститель.

Кларк снялся в дуэте с Гретой Гарбо, лучи славы грели все жарче, жизнь налаживалась. Тридцатилетие актер «отметил» разводом с Джози Диллон и новым браком - с Реей Ленгхэм, богатой светской дамой из Техаса. Новая супруга воспитывала двоих сыновей - сверстников Кларка, но, как говорится, «любви все возрасты покорны». Каждый получал от этого союза желаемое: она - любовь и страсть пылкого супруга, он - уроки хороших манер и безупречного вкуса. Ну и, конечно, серьезную поддержку во всех начинаниях. На едкие замечания злопыхателей, дескать, у мистера Гейбла странная привязанность к опытным дамам, Кларк спокойно парировал: «Зрелая женщина больше знает и видела, чем юная девушка».

При этом герой-любовник отнюдь не чурался связей с молоденькими старлетками. Порой настолько интенсивно, что руководству киностудий приходилось просить актера «сбавить обороты» - общественность роптала. В 30-е слава секс-символа окончательно закрепилась за Кларком Гейблом, ее укрепил «Оскар», врученный как лучшему актеру года вообще и за фильм «Это случилось однажды ночью» в частности.

Контрабандист с душой романтика

Вершиной творчества Кларка Гейбла стала, конечно, роль Ретта Батлера в «Унесенных ветром», вышедших в 1939 году. Элегантный, обаятельный авантюрист, не верящий ни в Бога, ни в черта, на поверку оказывался добрым, ранимым человеком, всю жизнь напрасно добивавшимся ответа на свою любовь. Эту многогранность героя актер сумел передать настолько точно, что со временем его популярность росла при каждом повторном показе «Унесенных ветром». Вопреки опасениям продюсеров, романа между исполнительницей роли Скарлетт Вивьен Ли и Гейблом не произошло. Вивьен была слишком занята Лоуренсом Оливье, а Кларк - актрисой Кэрол Ломбард.

С тобой и без тебя

Роман Кларка с Кэрол Ломбард стал самым главным и в его судьбе, и в ее. Хотя начало было весьма стандартным: коллеги по цеху встретились на съемочной площадке фильма «Не ее мужчина». На дворе стоял 1932 год, и в течение четырех лет название киноленты оправдывало себя - Гейбл и Ломбард шли «параллельным галсом». Но однажды на вечеринке в модном клубе, где Кэрол исполняла роль хозяйки бала, мистер Гейбл вдруг озаботился вопросом: есть ли под ну очень тесным платьем красотки нижнее белье? Дабы развеять сомнения, Кларк пригласил Кэрол на танец, во время которого убедился: движения партнерши действительно ничем не скованы.

О своем «открытии» он немедленно известил мисс Ломбард, а после очередного танца посчитал, что они уже достаточно знакомы для совместной прогулки на автомобиле. Кэрол, славившаяся не только красотой и сексапильностью, но и остроумием вкупе с отличным чувством юмора, согласилась на променад. Через 20 минут Кэрол поняла, что они ездят кругами вокруг отеля «Беверли Уилшер» и без обиняков спросила, в чем причина такой «ограниченности» маршрута? «Я здесь живу, - прозвучало в ответ. - Поднимемся ко мне в номер?» Не будь она Кэрол Ломбард, если бы не ответила: «Ты что, думаешь, что ты Кларк Гейбл?» Герой оценил ироничный «выпад» по достоинству и решил больше не отпускать ее от себя ни на шаг.

А вскоре, в день святого Валентина, Кларк получил замечательный подарок, совершенно в духе Кэрол - старый «Форд», купленный шутницей за 15 долларов. Кэрол не поленилась выкрасить развалюху в белый цвет, снабдив «лепоту» алыми сердечками и надписью «Ты сводишь меня с ума». Гейбл не остался в долгу: пригласил избранницу на ужин, а когда та появилась на свидании в роскошном шиншилловом манто, ее ждал все тот же «старина Форд». И на скорости 10 миль в час парочка, хохоча, отправилась развлекаться...

Странный это был альянс: сдержанный и спокойный Кларк и «взрывоопасная» Кэрол. В киношной тусовке Ломбард прославилась несдержанностью языка, проще говоря, ругалась, как портовый грузчик. Сочетание ангельской внешности с непечатной лексикой было убойным для одних, но обворожительным для Гейбла. А Кэрол всякий раз после очередной порции ругательств невинно молвила: «Если вы привлекательная блондинка, вам лучше знать подобные слова. Ничто другое так здорово не ставит мужчин на место!»

В 1939 году последовал развод Гейбла с Реей Ленгхэм и, как следствие, брак с Кэрол. Кларк наконец-то был абсолютно счастлив, заполучив в законные жены женщину своей мечты. Истории известно немного столь нежных семейных союзов: супруги называли друг друга «мамочка» и «папочка», она была неистощима на шутки, которые Гейбл покорно сносил и «в наказание» брал ее с собой на охоту и на рыбалку. Да, они почти никогда не расставались...

Лишь одно омрачало счастье - отсутствие детей. Пара неустанно трудилась над созданием наследника, но тщетно. И, конечно, Кэрол не могла не ревновать Гейбла, зная, как он притягателен для женщин. Кларк горячо любил жену, однако не мог стать «мужчиной для одной женщины». Поэтому время от времени святое семейство сотрясали скандалы, когда до Кэрол доходили слухи о небезгрешном поведении мужа на съемках очередного фильма.

...Шел третий год их брака, когда правительство штата Индиана попросило прислать кого-нибудь из Голливуда в поддержку кампании по выпуску облигационного займа, и Кларк посоветовал жене включиться в агитацию. Мероприятия прошли успешно, Кэрол возвращалась домой, но попасть в объятья любимого мужа ей не было суждено: самолет, на борту которого летела актриса, врезался в гору... Все могло бы быть по-другому, выбери она поезд. Но Кэрол отчаянно торопилась домой, к Кларку, которого ни на один день нельзя было оставлять одного. Друзья посоветовали кинуть монетку, выпала решка, а значит, самолет...

Кларк отправился на поиски тела любимой и едва не погиб сам. Единственным, что удалось найти, были серьги с бриллиантами и рубинами, которые он подарил Кэрол на рождество. Ох, Кэрол-Кэрол, обещала быть рядом всегда, а сама ушла бесследно...

После трагедии Гейбл долго пил, как дьявол, потом ушел в армию, в авиацию, хотя с детства боялся высоты, а смерть Кэрол лишь усугубила фобию. Кларк не просто победил страх, он дослужился до майора... Вот только тоску по погибшей жене преодолеть не удалось.

В поисках утраченного
Остаток жизни Кларк провел в поисках второй Кэрол. Он вновь связал себя супружескими узами с Сильвией Эшли, но они оказались непрочными. Получив развод, Гейбл заявил, что был мертвецки пьян, когда предлагал Сильвии выйти замуж.

Он заводил бессчетное множество любовных связей, не обойдя стороной будущую княгиню Монакскую Грейс Келли. Несмотря на 28 лет разницы в возрасте, парочка купалась голышом в африканском озере Виктория и каталась на джипе. А вернувшись из Африки, Гейбл порвал отношения с Грейс и попросил охранника не пускать к нему настойчивую актрису.

В 54 года Ретт Батлер всех времен и народов женился в последний раз. Пятой «миссис Гейбл» стала Кей Спрекелс, старавшаяся во всем походить на Кэрол Ломбард. Усилия не прошли даром: Кларк остепенился и поселился с супругой и двумя ее детьми на ранчо. Похоже, что с Кей Кларку наконец повезло: именно она стала матерью его единственного сына.

Одним из последних желаний актера было услышать, как бьется сердечко его наследника, но в ноябре 1960 года Уильям Кларк Гейбл  ушел из жизни...

При французском королевском дворе с XV века существовала беспрецедентная «должность» - maîtresse en titre (буквально - официальная фаворитка). Это была даже и не должность, а некий статус, которым мог наделить король Франции одну из своих возлюбленных. В отличие от всех остальных красавиц, побывавших в королевских объятиях, официальная фаворитка имела возможность влиять на ход политических событий, активно вмешиваться в жизнь королевского двора и даже - во внутрисемейные отношения правящей фамилии.

Таким образом,  король Франции в своей приватной жизни был подобен восточному владыке - помимо жены-королевы, у него была maîtresse en titre, имевшая самые разнообразные привилегии, а если король отличался любвеобильностью, то в эту своеобразную «семью» входили многочисленные, часто меняющиеся наложницы.

Что характерно, королевские maîtresse en titre (за малым исключением) были женщинами неординарными, яркими и достойными, если не восхищения, то хотя бы - интереса.
Диана де Пуатье - одна из них. Блестящая красавица, она имела возвышенный ум и, вместе с тем, была расчетлива, и как говаривали её недоброжелатели - на редкость скаредна. Широта взглядов уживалась в ней с религиозным мракобесием, а любовь к изящным искусствам и красоте - с жестокосердием и ханжеством.

Диана стала не только музой и возлюбленной, но и наставницей короля Генриха II. Вспоминая о жизни Дианы де Пуатье, всегда стóит помнить об одном немаловажном факте - её достойной соперницей была Екатерина Медичи, женщина, надолго ставшая образчиком великого ума и столь же великого коварства...


А началась эта история в 1499 году, когда в благородном семействе Жана де Пуатье де Сен - Валье родилась дочь Диана. (Некоторые историки, правда, называют другую дату - 1500 год, но для нашего повествования это не так уж и важно). Когда девушке исполнилось всего 15 лет, её выдали замуж за сенешаля Нормандии Луи де Брезе. Как и положено, супруг был намного старше прелестной Дианы - на 40 лет! От этого, вполне гармоничного, несмотря на громадную разницу в возрасте, брака родились две дочери -  Луиза и Франсуаза и, казалось, эту семейную идиллию может нарушить только смерть.

В 1531 году Луи де Брезе умирает, оставив свою немолодую (по меркам XVI века) супругу горевать во вдовстве. Но не тут-то было! Диана вовсе не собиралась хоронить себя заживо! К тому же, тридцатилетняя вдовица была сказочно хороша и мало того - неправдоподобно юна. Учёные до сих пор спорят, что же было причиной женского долголетия Дианы - здоровый образ жизни или отсутствие у неё некоего «гена старения». Но, так или иначе, спустя несколько лет Судьба свела прекрасную вдову с юным дофином Генрихом - он был на 20 лет моложе Дианы.

Дофин был мрачен, нелюдим и чувствовал себя глубоко несчастным - в детстве Генрих находился при дворе Карла V Испанского в качестве заложника, и перенесённый в связи с этим стресс пагубно отразился на характере будущего монарха. Кроме того, в возрасте 14 лет Генрих вступил в брак со столь же юной Екатериной Медичи, которая, увы, не отвечала его представлениям о Прекрасной Даме.

Ещё будучи в испанском плену, Генрих запоем читал рыцарские романы и мечтал, подобно книжным персонажам, преклонить колено перед той, единственной и неповторимой. Итак, героиней его романа стала вдова де Брезе - умная, красивая и понимающая. Кроме того, она давала Генриху и его молоденькой жене мудрые житейские советы. Так, существует вполне авторитетное мнение историков, что посещать ложе Екатерины Медичи Генрих II стал именно по настоянию своей мудрой Дианы. Разумеется, направляя дофина в спальню его законной жены, фаворитка вовсе не думала о благочестии - умной и хитрой Диане хотелось упрочить положение своего возлюбленного. Каким способом? Франция нуждалась в наследнике - законном сыне Генриха от Екатерины, а при дворе уже поползли слухи, что дофин вообще не может иметь детей. И  в 1544 году Екатерина Медичи произвела на свет первенца - Франциска (будущего короля Франциска II). Теперь красавица Диана могла спокойно ждать своего звездного часа.

...Весной 1547 года скончался отец дофина - король Франциск I. Отныне всё принадлежит Генриху и ей, Диане, которая не только подчинила себе волю французского монарха, но даже сделала невозможное - превратила мрачного мизантропа в остроумного собеседника и ценителя изящных искусств.

В честь Дианы устраиваются пышные празднества, балы, турниры и охоты. Художники часто изображают королевскую maîtresse en titre в образе античной Дианы, богини-охотницы. Именно она, прекрасная фаворитка, а вовсе не насупленная умница Екатерина Медичи, подлинная королева Франции!

Знаменитый бытописатель нравов французского двора Брантом так писал о Диане: «Один из владык мира сего крепко любил очень красивую, честную и знатную вдову, так что говорили даже, будто он ею околдован. Сие изрядно сердило королеву. Пожаловавшись на такое обращение своей любимой придворной даме, королева сговорилась с ней дознаться, чем так прельщает короля та вдова, и даже подглядеть за играми, коими тешились король и его возлюбленная. Ради того над спальнею означенной дамы было проделано несколько дырочек, дабы подсмотреть, как они живут вместе, и посмеяться над таким зрелищем, но не узрели ничего, кроме красоты и изящества».

В 1548-ом году король даровал Диане титул герцогини де Валентинуа и приказал построить для неё дворец Анэ. Другим, гораздо более известным обиталищем фаворитки стал замок Шенонсо.

Кстати, возникает вопрос - почему вдова де Брезе, ставшая к тому же герцогиней Валентинуа, вошла в историю под своей девичьей фамилией «де Пуатье»? Дело в том, что она сама предпочитала это громкое имя, ставившее её в ряд с королями Европы - род Пуатье был древнее, чем даже правящий во Франции род Валуа. Не говоря уже о «каких-то» Медичи!
Кстати, красавица Диана вовсе не желала довольствоваться одними только почестями и наградами. Она всегда была слишком честолюбива, чтобы просто принимать подарки, путь даже из рук самого значительного властителя Европы. Де Пуатье присутствовала при рождении королевских отпрысков, лично выбирала для них кормилиц и воспитателей. Более того, она давала Екатерине деликатные советы сексуального характера - именно от Дианы королева узнавала, каким способом лучше развлекать супруга в постели! Эта «любовь втроём» стала настоящим испытанием для Екатерины Медичи, но открытая борьба с влиятельной фавориткой была ей не под силу.

Возможно, это покажется странным, но Диана де Пуатье была невероятно набожной особой - она истово ненавидела Реформацию и, как утверждают многие исследователи, именно де Пуатье привила Генриху II ненависть к гугенотам. Сам Папа Римский, Павел III, относился к Диане вполне приветливо... Доходило до того, что служители церкви искренне восхваляли её благочестие. Что ж, ханжество - частый спутник пороков!

Начиная с 1550 года, госпожа де Пуатье заправляла работой всех королевских служб, ведала смещением и назначением должностных лиц. Такого могущества сумела впоследствии достичь только маркиза де Помпадур при Людовике XV. Своих дочерей Пуатье выдала за Клода Лотарингского герцога де Майен и за Робера де ля Марка, маршала Франции. Казалось бы, жизнь удалась...

Историки и романисты часто задаются вопросом: «Как Диане де Пуатье удавалось так долго быть первой дамой королевства? Неужели при дворе не было других умниц и красавиц, способных покорить королевское сердце?» Или, может быть, Генрих был однолюбом? Увы, нет. Слишком хорошо известна его интрижка с Мэри Флеминг, девицей из свиты Марии Шотландской. Однако Генрих всегда возвращался к Диане... Думается, основной причиной столь длительной привязанности было то, что Пуатье, как никто, умела быть нужной. Она отлично знала все привычки, страхи и сомнения короля Франции. Она могла его развеселить, увлечь и вселить в него уверенность. Более того, Диана управляла королём безо всякого давления на него - ему-то казалось, что это он - умный и храбрый -  принимает судьбоносные решения.

Наступления 1559 года Диана ждала со страхом - астрологи предрекали её возлюбленному «удар в возрасте 40 лет». Она, как и Екатерина Медичи, была суеверна.
В конце июня 1559 года начались торжества по случаю обручения королевской сестры. Горячий поклонник рыцарских турниров, Генрих II объявил, что желает сразиться с любым желающим. Молодой граф Монтгомери решил потягаться в силе и ловкости с сорокалетним королём. Рыцарская потеха закончилась трагедией - наконечник копья Монтгомери пробил королю голову...

Со смертью короля закатилась и звезда фаворитки. Екатерина могла праздновать победу! Она даже решила отобрать у Дианы прекрасный замок Шенонсо, символ ненавистной связи её мужа со «старухой» Пуатье. Однако ей это не удалось, и королева была вынуждена обменять Шенонсо на замок Шомон.

Диана де Пуатье умерла в 1566 году, разумеется, не от болезни и не от старости. Причиной её смерти считают падение с лошади.